ВОСПОМИНАНИЯ О ВОЙНЕ

18 ноября. Из города эвакуируются вглубь страны все государственные учреждения. Дорога через канал набита отходящими частями Срасной Армии. На перекрестках стоят регулировщики. Из окна наблюдаю, как один из них, стоящий на стыке дорог Рогачево-Дмитров и Дмитров-Волдынское, направляет в сторону нашего дома небольшие группы и одиночных бойцов. 

В доме расположен штаб, который ведает группировкой отставших от частей бойцов... Мы, из оставшихся работников детского дома, всеми силами стараемся чем-нибудь помочь красноармейцам: варим картофель им. Я взяла белье от некоторых бойцов, перестирала его, выгладила... 

 

20 ноября. В доме расположился Щелковский строительный батальон... 

26 ноября. В город не пробраться. Дорога забита беспрерывно идущими с фронта машинами и людским потоком. Слышатся орудийные выстрелы. О настоящем положении дел узнать не у кого. Я и Анастасия Ивановна оборудуем под убежище подвал детского дома. Перетащили туда диваны и на них устроили постели. При воздушных тревогах уносили туда детишек... 

Щелковский батальон выехал, на его место пришла воинская часть, которая должна принять сражение. У меня поселились командир и комиссар этой части. Милые, хорошие люди. Командиру 24 года, а уже в чине капитана. Он несколько раз был в бою. Два раза был ранен. Оба устали. Очень заботливы к бойцам. Сами забывают о сне и пище. 

27 ноября. Часть выехала и заняла высоты: Перемилово, Шпилево и Подлипичье. Я попросила капитана посмотреть наше убежище. Он очень одобрил. Но предупредил, что крепкие стены подвала могут нас уберечь только от осколков бомб и мин, но от непосредственного попадания бомбы не спасет. Удивлен прочностью стен, сравнивает наше убежище с метро. 

 

28 ноября. Сражение идет под Настасьино. Мы, взрослые и дети, сели в подвал. Но сидеть и слушать стрельбу, ждать, когда мы будем погребены, слишком тяжело. Выхожу на улицу. По всей территории вокруг дома, в парке и по улице стоит множество танкеток, автомашин, повозки с боеприпасами. Машины и танкетки наскоро ремонтируются. Я прошла к себе в комнату. Она битком набита бойцами. Большинство из них спит прямо на полу. Все они только что вышли из боя. На их смену ушли другие. Под окном моей квартиры стоит зенитка. Беспрерывно объявляется воздушная тревога. К вечеру нашу улицу стали покидать воинские части. Темно. Взрывы слышатся реже, но пулеметная трескотня не смолкает. Бойцы заходят к нам в подвал прощаться... 

 

29 ноября. Тишина. Зловещая тишина. Ночью были слышны ужасные взрывы, это наши взорвали мост через канал и через Яхрому. Осмеливаемся выйти на улицу. Впервые я увидела немецкие самолеты. Они очень низко пролетали над нашей территорией, по направлению к станции... 

Вода из канала спущена и заполняет прилегающие к нему улицы. У нас она подступает к парку. Через дорогу Конюшенного переулка пройти нельзя. 

Тихо, но эта тишина еще больше пугает. Смело себя держат ребята. Много семей спасается во второй половине подвала. 

В доме Елизарова А.И. оставлен раненый. Ребята усадили его на санки и повезли по направлению к городу. Через канал его переправили на лодке. Молодцы ребята. Я завидую им и горжусь ими. Изредка слышатся орудийные выстрелы. 

 

30 ноября. Перестрелка. Мы сидим между двух огней. Немцы задают Волдынское, Микишкино, Настасьино, окопались на Красной реке. Наши выстрелами отвечают им из Перемилова, Шпилева, Подлиничья и из города. Мы оказались вне государства. 

 

1 декабря. Все дни слышалась перестрелка, а сегодня с 9-ти часов через наш двор стали двигаться красноармейцы. Все в белых халатах, еще не окрепшему льду, они идут через канал и направляются в наступление на Настасьино. 

Часов с 10-ти началось что-то ужасное. Беспрерывно рвутся мины, трещат пулеметы... Сидеть в подвале невозможно. Я, отбросив страх, выхожу на улицу. По двору идут раненые. Помогаю нести их оружие. Иных отвожу в комнату к себе и в подвал. В подвале раненым оказывают помощь и поят горячим чаем. 

Часов в 14-ть наши стали отходить обратно за канал. Много убитых. Отдала санитарам четырех раненых и шесть винтовок. Они благодарят. Сальников (воспитанник детского дома, сбежавший с дороги) во время боя был с бойцами и ушел с ними. 

 

6 декабря. Убитых собрали только 5 декабря. Около 2 часов далась пальба по церкви, в которой спасались жители Рогачевки. Несколько снарядов попало в церковь. Много убитых и раненых. К нам несут для перевязки пострадавших. 

 

18 декабря. Радостный день. Ночью услышали мужские голоса. Кто-то дергал дверь в наше убежище. Все вскочили с испуганными лицами. Каждый подумал, что пришли немцы. Но дверь открылась, и в подвал шел наш знакомый капитан. Он весело поздоровался, подошел к нашему дивану. Обнял и поцеловал меня. Обращаясь ко всему населению подвала, он сказал: "Товарищи, поздравляю вас с освобождением. Целую Нину Петровну за всех. Немцы отступают. Можете выходить, размещаться по квартирам". Нашей радости не было границ. Тут был и смех, и слезы радости. Утром мы покинули свое логово. Топили комнаты и все посматривали на дорогу - куда двинутся машины. Через канал для машин был построен мост. 

Часам к 12-ти пошли бойцы. Лица их были радостны. Одеты все плохо. Мы обменялись с ними поздравлениями. ...Наше подвальное заточение кончилось. Источник:  https://ok.ru/nashdmitrov/topic/64728370091314

 Арнольд Краузе
 Я свидетель этих исторических событий, Мы с мамой и младшей сестрой не эвакуировались и остались в Дмитрове. Населения в городе оставалось мало. Было конечно страшно, но особенно угнетала неизвестность.

 Радость наступила 6 декабря 1941 года. Рано утром ещё в темноте началась артподготовка. На головами пролетали снаряды и с сильным свистом залпы "Катюш" (что это такое нам было тогда не известно). На противоположном берегу канала раздавались сильные взрывы, взметались огонь, земля и дым. Вообщем было внушительно. С рассветом, а был солнечный, морозный день, мимо нас пошли в наступление войска. Военнослужащие были хорошо вооружены и одеты в добротное зимнее обмундирование. Конечно трудно словами передать, какие тогда на нас нахлынули радостные чувства! И это после тяжёлой неизвестности.

 

 Не знаю много-ли осталось в живых свидетелей тех событий, но я один из них. Не дай Бог кому-либо такое пережить!

 

 Мне было 9 лет, но жизнь заставляла нас быстрее взрослеть и мы уже практически были самостоятельными! Перешёл во 2-й класс, но в то время не учились. Вот такие они "дети войны", которых не признаёт ГД РФ. А вот в Германии, Украине, Латвии и других государствах они признаны таковыми.

 Жили на территории "Цветочной базы канала Москва-Волга". Изложенное в дневнике довольно правдиво. Но никакими словами невозможно изложить то , что мы реально пережили.

- А где эта база, расскажите точнее?

 Это на бывшей ул. Энергетической. Вблизи Инженерного озера. В послевоенные годы там размещался "Горзеленхоз". В то время размешалось 5-ть деревянных рубленных барака, где жили вольнонаёмные сотрудники строительства канала, а вот слева от современных домов располагалась "Цветочная база". Кстати на этом озере брат в 7 лет научил меня плавать. В 1942 г. мы уехали в г. Владимир к старшему брату Артуру 1919 г.р., который был там начальником Военного эвакогоспиталя. 

 Источник:  https://ok.ru/nashdmitrov/topic/64728370091314

 В ночь на 28 ноября в городе Яхроме появились первые немецкие танки. К 4 часам утра город обезлюдел. Жители бросали дома и укрывались в церковных подвалах. Туда же переселился и я со своей семьей. Это было единственное безопасное место, где можно было устроить госпиталь для раненых жителей, а их прибавлялось с каждым днем.

 В обширных подвалах собралось более 600 жителей Яхромы и соседних колхозов. Немцы немедленно поставили у входа своих автоматчиков, но никто из них не решился спуститься в темные проходы. Мы жили надеждой на скорый приход Красной Армии. А пока моя задача как врача состояла в том, чтобы оказать помощь раненым и уберечь население от эпидемических заболеваний.

 Скоро прибавилась еще одна забота. Жители прятали в своих домах раненых красноармейцев. Они кормили их, переодевали почти на глазах у немцев, переправляли в подвал, чтобы я мог сделать перевязку. Затем мы их тайно отправляли за канал, к своим. Чудеса героизма, мужества, присутствие духа, самоотверженности показывали простые, скромные люди, совсем не храбрые на вид. Например, инструктор фабрики Стратиевская два дня прятала в своем подвале раненого бойца. Затем с помощью нашего актива переправила его ко мне на перевязку.

Работники Яхромской больницы, укрывавшие от фашистов раненых советских воинов.

 Особенно смело вели себя подростки. Они были нашими связными с частями Красной Армии. Они же нам и сообщили, что наши войска близко. С восторгом встретили мы советских воинов. Черные, закопчённые вышли жители Яхромы из подвалов, в которых провели 10 суток. Они нашли свои дома разграбленными, а на месте фабричных корпусов – остатки пожарищ. От больницы остались одни стены, но жители Яхромы уберегли  тубдиспансер, рентгеновский и зубной кабинет. Пришлось наскоро организовать маленькую амбулаторию и работать в ней зиму. П. Копиров. врач Яхромской больницы.  Источник: http://slrclarity.ru/zhizn-nalazhivalas-bystro.html

  • Facebook Social Icon
  • img81_edited
  • Facebook - Black Circle
  • YouTube - Black Circle