ВОСПОМИНАНИЯ О ВОЙНЕ

Из воспоминаний А.Чепиковой: 
- Страшный день начала войны запомнился на всю жизнь. Это было воскресенье, выходной. Стояла ясная, тихая погода. Большинство сотрудников ВНИИ кормов отправились с семьями на прогулку в лес, на поля, чтобы хорошо отдохнуть, полюбоваться будущим урожаем, послушать пение птиц. 
Недалеко от деревни Шолохово нам встретилась группа бегущих мальчишек школьного возраста, которые кричали: «Война, война!». Мы восприняли эти возгласы как игру и не придали им большого значения. Идём дальше. Навстречу девушка с очень бледным лицом. «Война с самого рассвета», - сказала она. И снова мы не поняли. И только третья встреча помогла нам понять свалившееся великое горе. Шолоховский колхозник сообщил, что фашистская Германия напала на нашу страну. 
Мы быстро вернулись в Луговую. Жители стояли на улице, у домов, у клуба. Все были потрясены, слёзы блестели на глазах и старых, и молодых. В тот же день в институтском клубе состоялся митинг, на котором наши мужчины, юноши и молодые женщины давали обещание, даже клятву – быть в рядах защитников нашей великой Родины. Краснополянский военкомат объявил срочный призыв военнообязанных граждан, в этот же день туда стали поступать многочисленные заявления добровольцев, которые уже к концу дня уходили далеко от своих родных, друзей, мирной работы.
Советское правительство приняло ряд важнейших документов, направленных на организацию отпора врагу, борьбы в тылу германских войск. На захваченных немцами территориях распространялись листовки, в которых сообщалось о положении на фронте, население призывалось к борьбе с немецкими оккупантами. 
Территория Краснополянского района непосредственно граничила с Москвой, это определяло его большое значение в обороне столицы. Первому секретарю Краснополянского райкома партии Петру Александровичу Латышеву было поручено возглавить руководящую тройку, на которую возлагалось организовывать и проводить в жизнь партийно-политические, военно-оборонные и хозяйственные мероприятия, диктовавшиеся обстановкой военного времени. 
10 июля для охраны общественного порядка, уничтожения фашистских лазутчиков, агентов-разведчиков и диверсантов в районе был создан истребительный батальон в несколько сотен человек. Его командиром был назначен директор Озерецкого совхоза Леонид Иванович Бойцов, комиссаром – заместитель секретаря парткома Долгопрудненского завода Андрей Максимович Абрамов. Истребительный батальон был оснащён всем необходимым, находился на казарменном положении, был хорошо подготовлен к боевым действиям и оперативно выполнял поставленные задачи.

Из воспоминаний В.Тарасова: 
- Истребительный батальон базировался в Краснополянском клубе, обедали они в ресторане, который был на втором этаже магазина [где сейчас «Пятёрочка» на Краснополянской улице]. Тактикой занимались на поле, где теперь улица Оборонная. В октябре где-то произошёл прорыв, батальон был послан туда, в самое пекло. В живых осталось человек пятнадцать. [Батальон вошёл в состав 4-й Московской коммунистической дивизии, боевое крещение принял в районе Нелидово].

Из воспоминаний В.Тимофеева: 
- У ополченцев были вырыты окопы на краю оврага со стороны больницы. Там они занимались. Помню, в октябре (ещё тепло было) мы стояли в очереди за овощами (на зиму запасы делали) у овощехранилища. Их перед войной было два в Красной Поляне. Видим, со стороны Мышецкого летят девять немецких бомбардировщиков. Хотя в основном на Москву они летали по ночам. Кому-то из ополченцев пришла мысль стрельнуть по самолётам. В результате шесть из них полетели на Москву, а три самолёта развернулись и начали сбрасывать бомбы. Одна упала возле очереди. Мы побежали в котельную магазина. Жертв в тот раз не было.
Из Краснополянского района были набраны более тысячи добровольцев, которых направили в одну из дивизий народного ополчения, принимавшую участие в боях за Москву на дальних подступах. (А всего за годы войны Краснополянский военкомат призвал в армию свыше 20 тыс. человек. Из них 2431 погиб). 
12 октября 1941 года по решению ГКО была создана Московская зона обороны. 17 октября по московскому радио выступил секретарь ЦК, МК и МГК ВКП(б) А.Щербаков с призывом к населению столицы всем встать на защиту Родины. С 20 октября в Москве и прилегающих к ней районах было введено осадное положение. Партия бросила клич: «Москва в опасности! Все силы на разгром врага! Все на защиту столицы!».

Из воспоминаний А.Бабочкиной:

- Перед войной молодёжь училась на курсах противовоздушной обороны, Красного Креста, сдавала нормы ГТО. Как только началась война, нас, членов отряда ПВО, перевели на казарменное положение. Жили мы на хлопкопрядильной фабрике. По два человека дежурили на постах (электростанция, пожарная охрана, остановка дрезины, чердаки). Когда видели вражеские самолёты, сообщали на пост.

На ближних подступах к Москве была создана система оборонительных инженерных сооружений, включая полосу обеспечения и два оборонительных рубежа. Главный оборонительный рубеж – подмосковный – проходил по линии Хлебниково – Сходня – Звенигород – Кубинка - Наро-Фоминск – Подольск - река Пахра. Городской оборонительный рубеж проходил по окраинам Москвы.

На территории, входящей ныне в наш город, главный рубеж обороны шёл вдоль железнодорожной магистрали, в 200-500 метрах западнее. Он включал в себя противотанковый ров (глубиной 4 метра, шириной вверху 6 метров, внизу 4 метра), забор в 2-3 ряда из колючей проволоки, противотанковые и противопехотные минные поля и участки, окопы, доты с железобетонными колпаками, позиции для миномётов и артиллерии. Работы на рубеже обороны велись инженерными войсками с привлечением местного населения.

Из воспоминаний А.Трубинова:

- Когда началась война, часть рабочих фабрики отправили копать противотанковые рвы у Нестерихи и за каналом у Хлебниково, другая часть копала окопы за фабрикой. А фабрику готовили к эвакуации в город Фрунзе (Киргизия).

Из воспоминаний Н.Усачёвой:

- В октябре всё ближе слышалась канонада. Мы стали заколачивать окна, чтобы не дребезжали. Мама наша ходила рыть противотанковый ров к Нестерихе. Там, где сейчас памятник – гранитный камень – стоит, был словно муравейник. Солдаты-ополченцы рыли ров внизу, а мы вынимали землю. Отец на фабрике сваривал противотанковые металлические надолбы.

Из воспоминаний В.Ивашенкова:

- Помню, в лобненской школе №1 располагался пункт подготовки бойцов. Курсанты маршировали по Рогачёвскому шоссе с винтовками-трёхлинейками. Они были обуты в ботинки и обмотки. На чучелах отрабатывали штыковые удары.

Много народу было на строительстве противотанкового рва. Работали вручную. Перед рвом на всём его протяжении были установлены противотанковые надолбы и ряд колючей проволоки. Наш дом находился примерно в 400 метрах восточнее от этих укреплений.

Воздушная тревога по радио объявлялась всё чаще. У нас радио не было, мы слышали частые паровозные гудки.

Из воспоминаний Ю.Захарова:

- В кочегарке на фабрике рабочие лили формы для гранат-лимонок. Туда набивали порох.

Из воспоминаний М.Черновой:

- Рабочие на строительстве оборонительных сооружений были разбиты на сотни, во главе которых были начальники и их заместители. Работали мы на левом берегу канала Москва-Волга, рыли траншеи, строили блиндажи. Срывали отлогие берега канала, делая их отвесными, чтобы затруднить движение танков. На работу выходили из Красной Поляны в 7 часов утра и шли пешком до своего объекта. Обратно – так же. Изредка удавалось доехать поездом (тогда они ходили дважды в сутки – утром и вечером).

Из воспоминаний Н.Татариновой:

- В октябре возникла реальная опасность подступа немцев к Луговой. Срочно было организовано сооружение противотанкового рва западнее Луговой, между посёлком и лесом.

Слякоть, грязь, холод. Тяжело было с непривычки целый день работать с лопатой. Работа продвигалась медленно, но верно. Ров приобретал нужные очертания…

И тут стали налетать вражеские самолёты, пикировать на нас. Стало ясно, что немцы хотят сорвать нашу работу. Самолёты возникали неожиданно, сначала летели очень низко, видимо, рассчитывая нас напугать, разогнать работающих. Потом стали сбрасывать бомбы, но ни одна из них не попала в цепочку работающих… И по сей день можно видеть остатки этого рва – это так называемая «Мишкина канава», заросшая тростником и рогозом.

Из воспоминаний М.Кирилловой:

- Я рыла противотанковый ров сначала в Луговой, потом в Хлебниково. Во время бомбёжек мы бегали прятаться под мост. В такие минуты наш руководитель Я.Шнитовский нас всё время подбадривал: «Не волнуйтесь, женщины! Наши всё равно победят!». Нам очень нужны были такие слова.

15 октября директор Тарковский ночью вызвал нас в Институт и сказал: «Кто хочет эвакуироваться, можете уезжать: немец подходит к Рогачёво. На Лобне есть составы. Кто хочет, может эвакуироваться со скотом». Не задерживали никого.

В соответствии с постановлением ЦК ВКП(б) от 18 июля «Об организации борьбы в тылу германских войск» осенью 1941 года в Краснополянском районе было также организовано два партизанских отряда на случай оккупации и несколько диверсионных подпольных групп для подрывной работы в тылу врага. В их состав добровольно вступили более 60 человек партийного, советского и комсомольского актива района.

В составе первого партизанского отряда было 35 человек. Его возглавил директор Новосельцевского металлообрабатывающего завода, участник Гражданской войны Александр Васильевич Кондаков. Комиссаром отряда был назначен заведующий военным отделом райкома партии Тимофей Иванович Гаврилов.

Второй партизанский отряд состоял из 15 человек – сотрудников районных отделов милиции и НКВД. Командиром был назначен начальник районного отдела НКВД Алексей Фёдорович Косицын, а комиссаром – начальник районной милиции Иван Лаврентьевич Панин.

В подпольных группах было более 20 человек. Руководство ими было возложено на второго секретаря райкома партии Г.Н.Ширяева и секретаря райкома по кадрам Н.А.Виноградова. Распределили подпольщиков по одному, иногда по 2-3 человека в самых ответственных населённых пунктах.

По мере приближения линии фронта нарастало общее напряжение. Все коммунисты и комсомольцы, получившие спецзадание, находились на своих рабочих и заданных местах, проявляя выдержку и бдительность.

Партизаны и подпольщики заранее подготовили несколько баз с продовольствием, снаряжением и боеприпасами, рассредоточив их по лесам района. Одновременно они проводили занятия по боевой подготовке, чтобы встретить врага в полной готовности.

Из воспоминаний С.Кузнецова:

- При приближении немцев к райцентру наш партизанский отряд ушёл в леса, в район Круглого озера. Начали мы партизанскую жизнь с создания баз, без которых отряд не мог бы действовать, занимались военной подготовкой. Затем стали получать задания – следить за передвижением сил противника, уничтожать старост и других фашистских пособников. В разведку приходилось ходить за несколько километров. Добытые сведения передавали командованию Красной Армии, переходя для этого через линию фронта.

К моменту прихода фашистов все партизаны были вооружены и поклялись на верность Родине: «В ответ на вероломное нападение немецких фашистов на нашу советскую землю и в ответ на выступление т.Сталина, призвавшего истреблять всех до единого оккупанта, пробравшегося на нашу территорию, мы добровольно вступаем в партизанский отряд и даём клятву, что будем, не щадя своих сил, а если понадобится, и своей жизни, бороться с немецко-фашистскими ордами, вторгшимися на нашу священную советскую землю. Мы обязуемся соблюдать дисциплину, беспрекословно выполнять приказания руководителей отряда и твёрдо хранить государственную и военную тайну. Мы все как один будем в этой борьбе поддерживать друг друга и совместными усилиями истреблять живую силу противника, его транспорт, взрывать и поджигать мосты, предприятия, облегчая нашей Красной Армии действия для полного истребления всей фашистской нечисти, создавать врагу невыносимые условия для его пребывания на нашей советской земле. Если кто-нибудь из нас нарушит эту присягу, то его без пощады должна, как клятвопреступника и изменника, покарать революционная рука советского народа».

Утром 15 ноября 1941 года районный центр Красная Поляна и хлопкопрядильная фабрика подверглись мощной авиабомбардировке. Немецкий самолёт летел бомбить Москву.

Но, по всей вероятности, зенитчики не пропустили его к столице. На обратном пути, увидев, что на фабричной железнодорожной линии идёт погрузка оборудования в вагоны, фашист сбросил на посёлок 18 авиабомб, повлекших человеческие жертвы и значительные разрушения. Одна из бомб пробила 3-й этаж фабричного здания и разорвалась на втором этаже, в столовой, где в тот момент завтракали рабочие. 28 человек было убито, 22 тяжело ранено, из них пятеро умерли, а 17 человек после лечения получили инвалидность. 38 человек получили лёгкие ранения. Всего пострадало 88 человек. Ночью тяжелораненых перевезли в московский госпиталь.

Из воспоминаний В.Галкина:

- В фабричной столовой обвалился потолок, были вырваны все оконные рамы – зияли пустые проёмы, часть выброшенных волной предметов висела на уличных проводах. Некоторых погибших из ближайших сёл и деревень родственники взяли домой и похоронили сами, а остальные были похоронены в братской могиле на краснополянском кладбище.

Из воспоминаний Н.Охотникова:

- Ещё в начале ноября я увидел над Поляной первый немецкий самолёт, который сделал низкий круг над посёлком.

А потом был первый налёт, бомбы падали густо на фабрику, электростанцию, за третьей казармой, в районе стадиона. Возникли пожары. На верхней части стены основного корпуса фабрики до сих пор виден большой кусок, выложенный кирпичом другого цвета – сюда попала фашистская бомба. [для информации и объективности ради - фабрику бомбила не только немецкая авиация... - прим. Авт.]

 В результате этой бомбардировки здание райкома партии и исполкома райсовета (сейчас в нём располагается заводоуправление «Мосэлектромаша») было сильно повреждено. По счастливой случайности не пострадал партийный актив района, который находился в райсовете на казарменном положении. В момент бомбардировки многие ушли завтракать или по своим личным делам, а в здании остались только дежурные. По согласованию с московским комитетом ВКП(б) районные власти были вынуждены перебраться в посёлок Долгопрудный, в помещение бывшего санатория «Юный ленинец», где находились подпольный райком и штаб военного гарнизона частей Красной Армии, расположенных в зоне канала Москва-Волга.

Из воспоминаний Ю.Захарова:

- До прихода немцев на поле, недалеко от монастырского хутора в Катюшках, сел наш 4-моторный бомбардировщик. У него не было топлива. Мы насчитали 147 пробоин в корпусе. Мы его закрыли ветками, чтобы фашисты с воздуха не обнаружили. Потом приехали из Москвы, заправили самолёт топливом, и он взлетел.

«Как известно, предпринимая операцию на московском направлении под кодовым названием «Тайфун», - писал маршал Г.Жуков в своей книге «Воспоминания и размышления», - немецко-фашистское командование рассчитывало разгромить советские войска на вяземско-московском и брянско-московском направлениях и, обойдя Москву с севера и юга, овладеть ею в возможно короткий срок… Однако гитлеровское верховное командование, планируя такую сложную стратегическую операцию большого размаха, какой была операция «Тайфун», допустило крупную ошибку в расчёте сил и средств. Оно серьёзно недооценило возможности Красной Армии и явно переоценило возможности своих войск.

Тех сил, которые сосредоточило немецко-фашистское командование, хватило лишь на то, чтобы прорвать нашу оборону в районах Вязьмы и Брянска и оттеснить войска Западного и Калининского фронтов на линию Калинин – Яхрома – Красная Поляна – Крюково – реки Нара и Ока – Тула – Кашира – Михайлов… В результате, достигнув в начале октября своей ближайшей цели, противник не смог осуществить второй этап операции».

Рогова, Т.Б. ЛОБНЯ. Природа. История : книга по краеведению / Т.Б.Рогова. – Лобня, 2011. – 416 с.: ил.

В конце ноября, в момент наивысшего для обеих сторон напряжения битвы под Москвой, Советское Верховное Главнокомандование подтянуло на центральное стратегическое направление новые силы – три общевойсковые армии. Они должны были решить исход битвы за столицу. В район Дмитрова прибыла 1-я ударная армия (командующий генерал-лейтенант В.И. Кузнецов). К Рязани выдвинулась 10-я резервная армия (командующий генерал-лейтенант Ф.И. Голиков). В район Лобни, Сходни, Химок прибывали войска для вновь формирующейся 20-й армии (командующий генерал-майор А.А. Власов).

«Директива Ставки ВГК командующим войсками Западного фронта, Московской зоной обороны, оперативной группой фронта, генерал-майору Власову о преобразовании группы в 20-ю армию. 29 ноября 1941 г. 14.30.

 

Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:

1. Преобразовать опергруппу Лизюкова в 20-ю армию, куда включить: 28, 43, 35 и 64-ю стр. бригады, 331-ю и 334-ю стр. дивизии, батальон танков и два дивизиона PC.

2. 20-ю армию с 20 час. 29 ноября подчинить Военному совету Западного фронта.

3. Командующим 20-й армией назначить генерал-майора Власова. Командующего опергруппой тов. Лизюкова назначить заместителем командующего 20-й армией. Начальником штаба 20-й армии назначить полковника Сандалова. Начальника штаба опергруппы комбрига Антропова назначить заместителем начальника штаба 20-й армии.

4. О получении и исполнении донести.

 

Ставка Верховного Главнокомандования.

СТАЛИН, ВАСИЛЕВСКИЙ.»

Источники:

  • Facebook Social Icon
  • img81_edited
  • Facebook - Black Circle
  • YouTube - Black Circle