ВОСПОМИНАНИЯ О ВОЙНЕ

Из архивной справки Министерства обороны СССР:

- 331 СД и 28 стрелковая бригада продолжают вести уличные бои на Красной Поляне.

К 17.00 28 бригада с 135 танковым батальоном, 15 миномётный дивизион овладели северо-западной окраиной Красной Поляны и преследуют отходящего противника двумя стрелковыми батальонами из Поляны и одним – из Шемякино в общем направлении на Мышецкое.

331 дивизия с 134 танковым батальоном, 7 миномётный дивизион овладели Красной Поляной, Пучками и развивают успех на Рыбаки.

Передовые части 35 стрелковой бригады ведут бои в Озерецком.

20-я армия гонит врага на северо-запад (немецкие части: 23 и 106 пехотные дивизии и 2 танковая дивизия).

Из воспоминаний Н.Сошникова:

- День за днём в нашей санроте росла тревога. Её не заглушали даже скопившаяся за восемь дней непрерывных боёв усталость, желание поспать хотя бы два часа без перерыва.

И вот однажды взошло солнце, а за окнами не слышно ни одного выстрела. Оказывается, фрицы драпанули ещё ночью. Наша полковая батарея снялась затемно. Мы так закричали «ура-а-а», словно сами ходили в атаку. Москва выстояла!

Командир санроты военврач Галюга поблагодарил всех и приказал сворачивать полковой медпункт: «Грузиться. Направление – на Красную Поляну».

Поредели не только стрелковые батальоны, но и санрота. Были убиты или ранены санитары- носильщики, выносившие раненых с поля боя. Уменьшилась и поклажа на розвальнях.

Слева и справа от дороги похоронная команда собирала тех, кто уже не увидит восхода солнца. Поле шириной до полутора километров от берёзовой рощи до деревни Пучки было усеяно убитыми в белых халатах, припорошенными снегом, словно саваном. С болью в груди за погибших и искалеченных убеждал я себя, что вражеская армия вооружена автоматами, а в нашем полку был пока один! Ещё не очень много у нас пушек и самолётов, не видели мы на нашем участке танков. Как объяснил нам командир полка майор Калиш, при контрнаступлении глубокий снег не позволял широко маневрировать, вынуждал брать деревушки в лоб, теряя людей и время.

Из воспоминаний В.Ивашенкова:

- Все дни были сильные бои. Снаряды рвались у противотанкового рва, прямо у входа в наше убежище. Один снаряд разрушил перекрытие в соседней землянке.  Когда бой утих, мы вышли. Пушки Шадунца у нашего дома уже не было. Вокруг – много подбитых танков, автомобилей, гильз от снарядов. Орудия зенитчиков, стоявшие по другую сторону дороги, были разбиты. В нашем доме стёкол не осталось.

Из воспоминаний А.Косицына:

- Ещё шла перестрелка в Красной Поляне, ещё строчили с околиц посёлка немецкие автоматчики, а заплаканные и измождённые люди начали уже выбираться из подвалов и щелей, стремясь к показавшимся на улицах советским боевым машинам и красноармейцам. Рыдая, бросались они к бойцам, обнимали и целовали их. Это была незабываемая картина возвращения сотен людей к жизни.

За передовыми частями Красной Армии в Красную Поляну пришли работники районного отдела НКВД, в том числе и работники милиции. Советским органам предстояла огромная работа. Сотни семей остались без крова, имущество их было разгромлено и растащено. Первым делом мы вместе с работниками партийных и советских районных организаций занялись размещением обездоленных семей: помогали разыскивать вещи, переносили их, устраивали временное жильё людям, организовали медицинскую помощь больным и раненым. Затем привезли хлеб и выдали его всему населению. На следующий день началась выдача продовольственных карточек. Было организовано нормальное снабжение населения хлебом и другими продуктами.

Районные организации немедленно приступили к устройству медицинского пункта и налаживанию общественного питания. Милиция и весь состав райотдела НКВД взялись за восстановление общественного порядка. Было введено патрулирование по посёлку, разбирались жалобы граждан, снова была налажена работа участковых уполномоченных.

Из воспоминаний М.Комиссаровой:

- Утром, когда рассвело, мы пошли посмотреть, что стало с нашим домом. Вся сторона Пучков, что лежит от шоссе в сторону Катюшек, была сожжена (это 35-36 домов). От нашего дома остались один пепел да куча обгоревшей картошки. Наши дома несколько раз переходили из рук в руки. Всё Пучковское поле было усеяно трупами наших солдат и матросов.

Семьи, чьи дома были сожжены, расселились кто у родных, кто в двух колхозных домах (как наша семья из 7 человек). В 12-метровой комнате ничего не было. Даже не в чем было вскипятить воду и сварить картошку. Жизнь начиналась с нуля.

Из воспоминаний Е.Бронзовой:

- Когда в Красную Поляну пришли наши, они в первый же день организовали выдачу продуктов для изголодавшегося населения. Раненых местные жители разобрали по домам, но вскоре их всех увезли в московские госпитали.

Из воспоминаний М.Перфильевой:

- В декабре сорок первого мне было 5 лет. Наша семья должна была уехать в эвакуацию вместе с оборудованием хлопкопрядильной фабрики. Все наши вещи и продукты были в вагоне. А сами сесть не успели. Я в суматохе потеряла один валенок. Помню слова машиниста: «Приедете на следующем». А следующего уже не было. Все дни оккупации мы просидели в подвале сто третьего дома.

Когда немцев отогнали, мы пришли домой и увидели полную разруху. Некоторая мебель была сожжена, в том числе три ящика от очень красивого буфета ручной работы.

Есть было нечем – не было ложек. Однажды брат нашёл где-то половинку деревянной ложки, и когда мы с братом по очереди ели похлёбку из лебеды (крапива-то была вся собрана, а в лес ходить мы боялись из-за мин), то она почти вся выливалась из ложки.

Есть хотелось всегда. Надеть было нечего. Около пекарни брат увидел убитого немца. Обрезал полы его шинели, а мама сшила мне сапожки. Они были очень тонкие, но всё ж ноги не голые.

Из воспоминаний В.Коровиной:

- Я родилась в 1939 году в деревне Горки Киовские. Когда немцы были совсем близко, жители из своих домов ушли в окопы, которые вырыли для них на соседнем поле, через дорогу. Окопов было с десяток, каждый на несколько семей. В нашем окопе сидело 8 семей. Сидели прямо на земле, взрослые детей держали на руках. Как только бомбежка заканчивалась, дедушка, как и другие односельчане, переходил линию фронта – Рогачевское шоссе – и пробирался в дом, чтобы принести в окоп немного хлеба. Немцы, занявшие наш дом, не возражали и не отбирали у хозяина продукты. Сами взрослые от переживаний ни пить, ни есть не хотели, хлебом кормили детей. Мне давали хлеб, немного посыпанный солью, и я ела сама, а маленькому братику пожуют, завяжут в марлечку и дадут вместо пустышки.

Когда врага отогнали, жить оказалось негде - дома были сожжены, люди остались без крыши над головой. Погорельцев из Киовских Горок приняли к себе жители Киово, по нескольку семей в те дома, которые уцелели.

Из воспоминаний А.Трубинова:

- В 1960-1966 годах я работал председателем Краснополянского поселкового совета. Тогда ходили слухи о том, что в декабре 1941 года в Поляне якобы была установлена пушка для обстрела Кремля. Эти слухи никем не подтверждаются и ранее подтверждены не были. Из местных жителей никто такое орудие не видел. Если об этом и говорилось в немецких листовках, разбросанных в октябре-ноябре с самолётов, то это было сделано с целью посеять панику среди населения.

Из книги К.Рокоссовского «Солдатский долг»:

- В селе Каменка враг бросил два 300-миллиметровых орудия, предназначавшихся для обстрела Москвы.

Из воспоминаний Л.Костиной:

- Через противотанковый ров был перекинут переход в две доски. По нему мы ходили из деревни Горки Киовские на станцию. Перед приходом немцев его разобрали. Так что через ров ни наши машины и танки, ни немецкие пройти не могли. Когда немцев отогнали, был снова настлан мост для прохождения машин. Для танков он был слаб.

Когда мы возвратились в Горки Киовские, то увидели четыре подбитых немецких танка. Один стоял у поворота на Красную Поляну, второй – в саду у дома №27, третий – недалеко от второго на обочине, четвёртый – в конце деревни в сторону Лобни.

Из воспоминаний В.Тимофеева:

- В Красной Поляне один подбитый фашистский танк стоял у второй казармы, другой – у райкома. Казармы пострадали от обстрела. Один снаряд попал в третий этаж левой части третьей казармы. Комнаты там завалило. Потом из них сделали одну – под общежитие для девушек, приехавших из Курска работать на фабрику. Вторая казарма пострадала больше. Первая казарма сгорела, от неё оставалась только кирпичная кладка. Восстанавливать их фабрика начала где-то в 1944-1946 годах.

В эти наступательные дни представители Генштаба не только организовывают управление войсками, но и контролируют доукомплектование, довооружение и бесперебойное снабжение частей. Об объеме проделанной работы можно судить по такому факту: на перевозку 10, 26 и 51-й резервных армий и соединений, предназначенных для усиления правого крыла Западного фронта, потребовалось изыскать в течение семи-десяти дней свыше 60 тыс. железнодорожных вагонов.

 Перед наступлением политработники соединений и частей 16-й армии проводят в подразделениях беседы на тему "Подмосковные поля должны стать могилой для врага", доводят до каждого бойца боевую задачу. Армейская газета "Боевая тревога" выпустила специальный номер, посвященный контрнаступлению.
 Член Военного совета 16-й армии дивизионный комиссар А. А. Лобачев накануне решающих боев вручает 3-й и 4-й гвардейским кавалерийским дивизиям гвардейские знамена, а артиллеристам 289-го противотанкового полка государственные награды – ордена и медали.

Из воспоминаний начальника Политотдела 1-й ударной армией Ф. Я. Лисицына:

 

- "Большие трофеи доставались нам в каждом населенном пункте – при поспешном отступлении гитлеровцы бросали и военную технику, и имущество.. Только в боях за Волгушу, Ольгово и Федоровку нами было захвачено 40 танков, 60 автомашин, 100 мотоциклов, 20 орудий. На всем пути от Яхромы до Федоровки дороги были забиты брошенными немецкими машинами, танками, орудиями. До этого нашим бойцам не приходилось видеть такого количества боевой техники, захваченной у противника. Это поднимало настроение, разрушало миф о непобедимости гитлеровских полчищ" .

Доклад прочитан на секции «Ратная слава Подмосковья» Х-й научно-практической конференции «Актуальные вопросы истории Московского края», проходившей в Московском государственном областном университете (МГОУ) 16.02.2016

Представлена фотография не 300-мм пушки (фото пушек, о которых рассказывал Рокоссовский найти нет возможности). Полезно ознакомится с информацией доклада Карасёва на секции «Ратная слава Подмосковья»

  • Facebook Social Icon
  • img81_edited
  • Facebook - Black Circle
  • YouTube - Black Circle